ПРОЕКТ: ПЕХОТА

ВВЕДЕНИЕ

 

Военная тактика зависит от уровня военной техники.

Владимир Ильич Ленин

 

   Вооруженные конфликты в Украине и Сирии в полном разгаре раскрывают важные проблемы, некоторые из которых уникальны в военной тактике. Военные кампании, проводимые в этих конфликтах, подтверждают, что военное искусство - это наука, которая должна адаптироваться к новым изменениям и вызовам, изучая их и разрабатывая новые теории. Проблема, возникшая в ходе военных операций на двух театрах, чрезвычайно широка и требует большого количества времени и усилий для анализа, и настоящая работа направлена на решение только одной темы: будущего пехоты в военных кампаниях.

   Тактика вооруженных сил зависит от уровня развития, достигнутого военной техникой, который, в свою очередь, определяется уровнем развития, достигнутым гражданской технологией. Появление и распространение некоторых категорий вооружения и военной техники решительно поставило свой след в организации армий и манере ведения военных действий. Так, например, разработка автоматического оружия и бронетехники привела к потере роли кавалерии и ее исчезновению. Развитие авиационного и противокорабельного оружия привело к исчезновению огромных (бронированных) лайнеров. Технологическая гонка в области авиационной промышленности привела к тому, что некоторые государства не могут поддерживать свои авиационные возможности на достаточном уровне для обороны. Экономическое развитие в восемнадцатом и девятнадцатом веках привело к появлению массовых армий и проведению военных кампаний на огромных географических территориях. Примеры в этом отношении можно продолжить. Любая возможность телепортации материалов и людей наверняка вызовет мутации в тактике армий, как тех что будут обладать технологией необходимой для этого типа операций, так и тех что не будут ею обладать.

   В последний период Холодной Войны, а также в последующий период, были развернуты серия военных кампаний, на основании которых были сделаны определенные выводы. Нет смысла настаивать на том, что эти кампании интенсивно изучались, особенно благодаря современным информационным технологиям, легко доступным с 1980-х годов. В качестве убедительных примеров можно привести вмешательство армии США в Панаме (декабрь 1989 г.) и две войны в Персидском заливе (1991 г., соответственно, 2003 г.). Эти выводы можно обобщить следующим образом:

          роль массовых армий с тяжелыми структурами, оснащенными устаревшим вооружением, завершена;

-       требуются численно сокращенные вооруженные силы, состоящие из податливых, мобильных, гибких, совместимых структур, с современным профессиональным управлением, оснащенным вооружением последнего поколения;

-       в противостоянии с современной профессиональной армией у массовой армии нет шансов на успех.

    К этим выводам технологическое развитие и жесткая гонка в области оборонной промышленности добавили еще один элемент: технологическую ловушку.1 Термин относится к ускоренному росту цен на военную технику благодаря включенным в них дорогостоящим технологиям, что привело к значительному сокращению их количества, до такой степени, что количество существующей техники серьезно влияет на структуру вооруженных сил. Таким образом, вооруженные силы требовали и требуют от компаний в оборонной промышленности оборудование с растущими возможностями (расстояние удара, точность, скорость перемещения, скорость реакции, надежность, защита и т. д.), что дало бы им возможность выиграть вооруженный конфликт за счет технического превосходства над противником. Если у армии есть современные средства борьбы с превосходными технико-тактическими характеристиками, по крайней мере еще одна армия попытается получить либо средство боя с более высокими технико-тактическими характеристиками, либо другое средство, которое может с ней бороться. Таким образом родилась жесткая технологическая гонка. Чтобы разработать боевую технику в соответствии с требуемыми стандартами, профильные компании используют технические инновации, полученные в результате обширных исследований и использования все более дорогих материалов и узлов. Получающиеся в результате средства борьбы будут превосходить с точки зрения эксплуатационных возможностей, но также и более дорогие.

 

1 Издание Военной Обсерватории, но. 12/1998, стр. 10; см. также Джон Крузе, Марк Адкинс, The Technology Trap, статья опубликована на официальной странице U.S. Naval Institute, в интернете по адресу https://www.usni.org/magazines/proceedings/2005-08/technology-trap, доступно 27 марта 2018 года; см. также И. Б. Холли младший, Major General, USAF, Technology and Military Doctrine, Essays on a Challenging Relationship, Air University Press, Maxwell Air Force Base, Alabama, август, 2004, стр. 133 – 134.

    Высокая цена обусловлена не только его приобретением, но и эксплуатационными расходами и затратами на обучение персонала. С другой стороны, бюджеты, выделяемые армиям, обычно остаются неизменными или, в лучшем случае, немного увеличиваются, в зависимости от возможностей. В любом случае эти бюджеты не поспевают за ростом цен на рынке военной продукции. Результат понятен: количество приобретаемых активов будет все меньше и меньше. Вопрос в следующем: как долго? Если это будет продолжаться такими темпами, вполне возможно, что лишь несколько государств могут позволить себе более современные и эффективные средства ведения боя, такие как танки и самолеты, но в небольшом количестве.

   Принимая во внимание феномен сокращения и профессионализации армий, а также очевидные тенденции к ограничению доступа к военной технике из-за цены, мы обнаруживаем, что армии постоянно меняют размеры. Это явление стало очевидным после 1990 года, за исключением нескольких государств, которые решили сохранить свою военную мощь по разным причинам, но им также пришлось внести определенные коррективы (Турция, Израиль), но с большими затратами. Можно предположить, что Вооруженные силы США подверглись тому же явлению изменения размеров, и цифры доказывают это: в сухопутных войсках в 1990 году действовало 780 800 человек, а в 2005 году - 492 700 человек.2 Согласно этим цифрам, сокращения были массовыми. Oднако следует отметить, что вооруженные силы США не были изменены, а только реорганизованы, сохранив, с приближением, численность личного состава, только в другой форме, но этот аспект не является предметом настоящей работы, будучи предметом более позднего материала.

    Возвращаясь к идее изменения размеров и трансформации армий по всему миру, они затронули структуры, которые планировалось создать в случае кризиса/ войны, с резервистами из-за скрытых последствий: ограничение количества приобретаемых боевых средств, их сложности, что требует высокого уровня подготовки и профессионального опыта, затрат на обучение, затрат на мобилизационные учения и т. д. По сути, в армиях есть ряд резервистов, но это ограничено, прежде всего, из-за количества современных средств ведения боя, которые не могут быть значительно увеличены, иногда вообще, в случае мобилизации.

 

2 Джон Слоан Браун, Kevlar Legions The Transformation of the U.S. Army, 1989–2005, Center of Military History, United States Army Washington, D.C., 2011, стр. 75.

    В заключение, массовые армии находятся на грани исчезновения, их заменяют меньшие армии, но с современной техникой, с превосходными техническими и тактическими характеристиками, и они наделены персоналом с высокой степенью профессионализма.

Структурная гибкость и современные технологии позволяют сократить время реагирования на кризисы, быстрые дислокации, точное планирование операций, кратковременную и своевременную маневренность, краткосрочные цели и ограничение людских и материальных потерь. Таким образом, за последние 25 лет такие термины, как Революция в Военном Деле, лидерство, мобильность, гибкость, эффективное управление, гибкость, проекция силы и т.п. вторглись в документы и презентации о военных органах, в гармонии с постепенное сокращение местных структур. Все было хорошо аргументировано и продемонстрировано до начала двух военных конфликтов: гражданских войн в Сирии и Украине. В их случае это простой факт, но с глубокими последствиями: массовые армии все еще нужны. Вид современной армии, гибкий, с гибкими структурами и т. д.  становится неэффективным по уникальной причине, но с большим эффектом: большие площади земли не могут быть покрыты, потому что у них недостаточно тактических структур, например, взводы, роты, батальоны и бригады (или аналогичные), а также адекватные структуры поддержки. Если не сместить территорию, на которой необходимо выполнить операции (наступательные, оборонительные или другие), создаются большие интервалы, которые могут использоваться противником для его собственных операций: маневров, проникновений, сбора информации и т. д. По сути, целые области остаются вне какого-либо контроля. Даже если бы армия имела достаточно датчиков (зональных систем обнаружения, оборудования для наблюдения на больших расстояниях, радаров, дронов, агентов и т. Д.) Для охвата дальностей (что в действительности маловероятно), обнаружение вражеских подразделений даже если возможной маловероятно что она будет полезна, потому что не будет достаточно сил реакции.

    С географической точки зрения Сирия и Украина имеют большие различия, особенно в отношении рельефа, гидрографической сети, распределения населенных пунктов, климата и растительности. И все же, в случае этих двух конфликтов, существует постоянная: большие географические районы, где проводятся военные операции, разных направлений, но непрерывного характера. Тот факт, что в определенные промежутки времени и в определенных районах нет перестрелки, не должен менять наше мнение о имидже военных операций, в том смысле, что они прекратились, и войска ушли, или их осталось очень мало. Даже если в секторе расстановка контактов между противостоящих сил тишина, военные действия всё равно продолжаются: мероприятия по сбору информации (наблюдательные посты, исследовательские патрули и т. д.), исполнение гениальных аранжировок, подготовка любых артиллерийских перестрелок, замен, передислокации, снабжение различными боеприпасами, оборудованием и материалами и т. д. В определенных ситуациях некоторые подразделения или даже подразделения будут транспортироваться в другие районы, чтобы охватить секторы, которые считаются более важными (на данный момент), но в оставшейся «неактивной» зоне, однако, хранится достаточно сил для реагирования на внезапную атаку.

    Боевые силы (из сухопутных войск) состоят из двух видов оружия: пехота и танки. Они эффективно борются. Поддержка бывает нескольких видов: артиллерийские и наземные ракеты, зенитная артиллерия и ракеты, гений, связь, защита РХБЯ3 и т. д. предмет этой статьи - пехота.

    Как я уже упоминал выше, в случае военных кампаний, таких как Украина или Сирия, необходимо много пехотных структур для полного охвата секторов контактных линий, длина которых может составлять сотни километров. Мы должны помнить, что военное устройство, которое хочет быть эффективным, в большинстве случаев будет разбито как минимум на две линии: первая линия прямо перед противником, находящаяся в контакте с противником, и следующая на некотором расстоянии, с определенной ролью: в обороне, чтобы остановить противника, если ему удастся прорваться через первую линию; в наступлении для того чтоб продолжить операцию, там, где были остановлены фронтовые войска. Кроме того, любое боевое устройство также должно иметь резервные силы для вмешательства в непредвиденных ситуациях. И потребность в пехотных войсках здесь не заканчивается. В районах за выравниванием контактов, контролируемых их собственными войсками, которые считаются безопасными, существуют важные цели (аэродромы, склады, маршруты связи, стратегически чувствительные районы), которые необходимо защищать, то есть необходимы другие пехотные войска. А высшему командованию армии нужны дополнительные резервные пехотные подразделения для отправки их на случай планирования и проведения важных операций.

     В двух конфликтах, Украине и Сирии, проблема пополнения пехотных войск была решена фейерверком: создание местных ополченцев, принятие военизированных групп, иногда даже вооруженных групп.

3 РХБЯ = радиологический, химический, биологический, ядерный.

     Недостатки таких фейерверков видны: легкое проникновение агентов противника в собственные силы, слабый контроль над элементами устройства и войсками, с серьезными последствиями в определенных ситуациях, уязвимые места в системе безопасности войск, из-за плохой организации, отсутствия обучения и опыта, а также возникновение ситуаций, в которых некоторые группы бойцов переходят на сторону противника по разным причинам (финансовым, идеологическим, этническим, политическим и т. д.).

    Я настаиваю на недостатках, связанных с этим типом импровизации, отмечая, что военизированная группировка, объединяющая свои собственные силы, является лишь кратковременным решением, но с возможными серьезными недостатками в среднесрочной и долгосрочной перспективе, поскольку у этой группы есть своя собственная повестка дня, у нее есть свои собственные цели, лидеры и методы. Есть ситуации, в которых военная группа возглавляется из-за пределов страны, третьей силой, заинтересованной в создании определенной внутренней эволюции и чьи интересы, сходятся с собственными только до определенного момента. Поэтому это не рекомендуется.

     Естественно возникает вопрос: как может страна иметь в случае войны достаточное количество пехотинцев для охвата всех фронтовых секторов, но в то же время вписаться в оборонный бюджет? Вопрос довольно общий, поэтому я переформулирую: как может страна с ограниченными финансовыми возможностями, то есть с небольшим оборонным бюджетом, иметь в случае войны достаточно пехотных подразделений, чтобы дать ей возможность защитить национальную независимость и суверенитет? Мы должны учитывать, что оборонный бюджет не может быть потрачен только на пехоту. На средства из бюджета необходимо поддерживать и модернизировать другие виды оружия (авиация, противовоздушная оборона, связь, электронная война, артиллерия, транспорт и т. д.), выплачивать заработную плату персоналу, предоставлять ему необходимые медицинские услуги, оплачивать коммунальные услуги военных баз, ремонтировать использованные здания, и многое другое. Будучи немногочисленными, деньги не хватают и будут недоставать. Тем не менее, я повторяю вопрос: Как может нация со скромной экономикой иметь в случае войны достаточное количество пехотных подразделений, чтобы дать ей возможность защитить национальную независимость и суверенитет?

      В данной работе предпринята попытка сформулировать вариант ответа.